Хочу рассказать одну историю. Я до сих пор помню свой первый день на настоящем заводе. Жару, ослепляющую вспышку дуговой сварки и лица — такие загрубевшие, уставшие, покрытые копотью.
Тогда я ещё не продавал роботов. Я был просто ребёнком, который смотрел, как его отец снова и снова варит одну и ту же ржавую скобу, пока у него руки не начинали дрожать. Этот образ остался со мной на долгие годы. А потом, когда я создал свою компанию по робототехнике, я думал, что буду продавать роботы.
Начальник завода скрестил руки и сказал: «Роботы? Они отнимут работу у моих сварщиков». Я онемел. Меня сломало. Я злился и имел на это право. В ту ночь я позвонил папе, он выслушал и сказал кое-что, что я никогда не забуду: «Сынок, я не люблю сварку. Я люблю возвращаться домой к тебе. Робот, который спасает мою спину и позволяет спать спокойно, не боясь ожогов — это не угроза, а спасение». С тех пор, с того дня, я изменил свой подход.
Я перестал говорить про скорость и точность. Начал рассказывать про вторую смену без повреждения глаз, про автозаказы, про обучение роботов вместо ремонта сломанных. И молодёжь наконец-то начала видеть, что сварка — это чистая и, ну, умная профессия. Сначала я продал это семейной мастерской, которая делает запчасти для тракторов. Хозяйка, женщина, прослезилась, когда увидела, как кобот справляется с этой опасной работой. Она прошептала: «В прошлом году мой отец потерял глаз, работая вот с такими вещами».
Сегодня я не продаю роботы. Я продаю выбор. Выбор работать безопаснее, дышать легче, развиваться, не ломая своих людей. И каждый раз, когда вижу, как кобот работает рядом с человеком, вместе создавая искры, я понимаю — папа был прав.
Мы не заменяем руки. Мы их сохраняем.
